Время собирать «Камву»

76114a6b649221bbb249b878b289f944

Пермский этнофутуристический фестиваль «Камwа» — пожалуй, самый мощный и перспективный культурный проект Поволжья и Прикамья. Начавшись всего четыре года назад, «Камwа» из площадки, объединяющей традиционную и экспериментальную финно–угорскую культуру, превратилась в полнокровное общественное движение, не скованное географическими, этническими, религиозными рамками.

Присвоение фолка. Все четыре дня «Камвы» были переполнены событиями. Кажется, фестивалю тесно в любых берегах и он разливается, захватывая разные площадки и вбирая в себя все виды искусства. Программа «Танцы на радуге» была посвящена хореографическим традициям – от норвежских деревенских переплясов до ирландской джиги, от бразильской капоэйры до танцев индийских цыган. Опен–эйр в центре Перми с участием фолк–исполнителей из Карелии, Эстонии, Удмуртии, Татарстана, Санкт–Петербурга собрал сотни слушателей и убедительно показал, что фолк – это музыка не для горстки посвященных, а для всех настроенных на восприятие. Публика несколько часов кряду водила хороводы и выплясывала что–то стихийно–буйное, радуясь и шотландским волынкам, и эстонским частушкам. В картину всеобщего веселья и доброжелательности естественным образом вписалась пара конных милиционеров, пустивших своих Сивок–Бурок пастись около сцены и влившихся в зрительские ряды.
Двухдневная программа «Аутентика» стала дискуссионной площадкой для молодых исполнителей традиционного фольклора. Они искали ответ на вопрос, как сохранить, не исказить традицию и остаться при этом интересными современному слушателю. Выяснилось, самыми убедительными оказываются не те, кто просто с точностью воспроизводит народную манеру, а исполнители, «присвоившие» эту музыкальную культуру. Ведь по–настоящему талантливый музыкант быстро перестает копировать, но начинает жить в выбранной системе координат. Один из ярких тому примеров – певица Маша Корепанова, владеющая необычной техникой вокала: необычной еще и потому, что низкое обертоновое пение плохо вяжется с обликом молодой девушки. «Так пела бабушка–бесермянка из села Юнда, пение которой я записывала еще в 16–летнем возрасте. Сначала я действительно старалась копировать ее вокал. А потом перестала «притворяться», но петь иначе уже не смогла – этот голос стал моим, настоящим», – объясняла Маша участникам «Аутентики».

Источник: http://www.udm.business-class.su