Волынщиков вешали без суда и следствия

Народная ирландская песня в исполнении тольяттинского дуэта “Shannon” стала хитом самарских радиоэфиров. Ее заказывают десятки раз в день, а исполнителей не хотят отпускать зрители во время концертов. Древняя кельтская этническая музыка звучит неожиданно свежо и гармонично на волжских просторах.

Сегодня его уже можно подержать в руках — новенький, стильно оформленный компакт-диск с первым альбомом дуэта “Shannon”. На обложке — двое шотландцев на фоне красивой реки в зеленых берегах. На самом деле парни наши, тольяттинские, а вот река и вправду та самая, Shannon. Собственно говоря, Денис Кузнецов (скрипка, вокал) и Михаил Жолтиков (аккордеон, волынка, вокал) назвали свой музыкальный конгломерат не в честь ирландской реки, а в честь первой исполненной вместе песни. Позже выяснилось, что в Ирландии это слово весьма распространено — не только главная водная артерия, но и женское имя, и населенный пункт, и аэропорт. Название прижилось, хотя музыку дуэт играет не только ирландскую, но и шотландскую, а также бретонскую. Боже мой, да откуда же на тольяттинской земле такие дивные побеги кельтской культуры, все эти килты, волынки, береты, совершенно достоверное “не наше” звучание? Денис с Михаилом понимают, что вопрос не риторический, и честно пытаются на него ответить. В рассуждениях своих музыканты заходят далеко, приходится возвращаться к истокам.

Их дружба и музыкальная карьера начались еще в нижегородской консерватории, где Михаил учился на хоровом отделении, а Денис — на скрипичном. В теплое время года для заработка играли на улицах популярную классику, к холодам потянулись в клубы, где и возникла идея создать ирландскую программу. Со временем у них принципиально изменился подход к музыке, и акустическое звучание, котором музыканты занимались три года, превратилось в такой электрический драйвовый саунд.
Магия тысячелетий

Денис: Мишка хотел волынку купить в Питере у одного мастера. Но так получилось, что его там просто кинули. Да и самодельный инструмент — не то.

Миша: Нам все говорили, что достать настоящую волынку в России нереально. Но вдруг одному приятелю привезли как сувенир из Шотландии волынку, новенькую абсолютно, а ему она без надобности. Я сразу же поехал в Москву и купил. Стоит она прилично — полторы тысячи долларов. Но зато самая что ни на есть настоящая — Highland Bagpipe (тот инструмент, который мы именуем шотландской волынкой, на самом деле называется именно так. — Авт.).

Тут надо сделать отступление, потому что волынка — это отдельная песня. Когда Михаил говорит о своем любимом инструменте, в глазах его теплится нежность, а в голосе слышится гордость.

Михаил: У нас с волынкой ассоциируется прежде всего Ирландия. Но я начинал играть на русском варианте этого инструмента еще в консерватории. Для тех, кто не представляет, как это чудо устроено: волынка состоит из надуваемого мешка, к которому прикрепляются несколько трубок. Воздух вдувается сначала в мешок, а потом его локтем нажимаешь, и воздух идет по трубам, получается звук. Это, конечно, очень примитивное объяснение, потому что волынки из разных стран по-своему устроены. В Шотландии этот инструмент использовали в военных целях — для поднятия боевого духа солдат и устрашения противника. Поэтому когда англичане завоевывали Шотландию, они волынщиков вешали без суда и следствия. Древность этого инструмента потрясающая, достоверно известно, что император Нерон на нем играл. На меня эта магия тысячелетий очень действует. (Наверное, она, магия, и на Мишиных соседей тоже влияет. Потому что жалоб на громкие звуки от них не поступало.) В Ирландии есть такая пословица: чтобы родился хороший волынщик, нужны три вещи. Семь лет учиться, семь лет закреплять навыки, семь лет концертировать. И тогда в седьмом поколении, может быть, родится хороший волынщик. А представляете, как трудно учиться играть на волынке в России? Нет нот, нет инструментов, учить — некому. Пока учился правильно играть и дышать, голова кружилась, даже в обмороки падал. Сейчас ноты по всему свету собираю через друзей и интернет. Когда шотландскую волынку только купил, я ее три дня просто собрать не мог, не знал, как правильно.

Денис: А к моей скрипке сначала купили радиосистему, но со шнурами за спиной не очень-то удобно выступать. Поэтому приобрели электронную скрипку. Мы Гэбриэлом в то время заслушивались. И поняли, что электронные звуки нужны не для украшательства, а для гармонизации звучания фольклорной музыки, по крайней мере, мы их так используем. Когда играешь фолк, приходится менять сам подход к извлечению звука. В консерватории ведь все получают классическое образование. И кода начинаешь с таким подходом играть этническую музыку, получается недостоверно, от тебя просто разит высшим образованием. Поэтому стремление делать звук более настоящим, более приближенным, поменяло все — наше звучание, наши уши. Должна внутренняя работа совершиться. Сейчас, когда уже семь лет прошло, мы явственно это ощущаем.

Михаил: А что такое семь лет для постижения чужой культуры? Мы вот играем и шотландскую, и ирландскую музыку. А они сильно переплетены, как украинская и русская культуры. Весьма упрощенно можно сказать, что ирландская музыка — более рельефная, а шотландская — более напевная, в ней легче прочитываются чувства. Хотя мы в Ирландии никогда не были и даже ни с одним ирландцем не знакомы…
Соавторы ирландского фолка

Денис: Кстати, нам приходится петь на языках, которых мы совсем не знаем. В Нижнем Новгороде с нами в группе был парень, который учил ирландский, он нам здорово помогал с переводами. Мы всегда тексты переводим дословно, прежде чем петь. Иначе нельзя — будет недостоверно. Потому что слова в песне — это не просто фонетика, это смысл, который надо выразить через звуки. Когда выбираем очередную композицию, ищем обычно в итернете подстрочный английский перевод, а уж с английского переводчиков хватает. А произношение копируем один в один.

Михаил: На первом и пока единственном альбоме собраны самые лучшие композиции, которые мы исполняли за эти семь лет. Эффект от них проверен на множестве выступлений в самых разных городах. Мы сознательно использовали еще и женский вокал, гитару, бас, барабаны. Старались сделать максимально разнообразно, чтобы было понятно любому слушателю. У этнической музыки есть такое свойство: на пятой-шестой композиции становится скучно слушать, если ты не специалист. Мы старались этого избежать. Поэтому альбом слушается “на ура” самыми разными людьми.

Денис: Но и профессионалы найдут здесь для себя, что послушать. Это без лишней скромности можно сказать. Работа над альбомом нас очень изменила как исполнителей. Сейчас мы настолько сжились с этой культурой, что не просто передираем иноземные композиции, а пропускаем их через себя, переводим на русский, образно говоря. В любую вещь мы стараемся привнести что-то свое. Хоть в соавторы записывайся!

Михаил: Сейчас мы стоим на пороге и чисто авторского материала на ирландские-шотландские-бретонские темы.

Денис: И при все при этом мы не играем в чужую культуру, мы ее просто любим. Нам нравится то, что мы исполняем, это передается зрителю, как в истории про сообщающиеся сосуды. Поэтому на концертах мы получаем огромную отдачу зала.

А вы говорите, откуда на Волге килты да волынка!

Источник: Город на Волге (http://www.press-volga.ru)